ФАКТОМЕТР
ру
հյ
en
7 июня в Национальном собрании РА, в ходе обсуждения программы Правительства, выступила и вице-председатель НС, член политического совета РПА Арпине Ованнисян. Последняя в своей речи упомянула и дискуссии вокруг Избирательного кодекса, отметив: «…Но, в то же время, разумно рассчитываем на то, что принятие ИК будет в том же духе и формате, что и действующего Избирательного кодекса. Есть фиксированные подходы, что ИК был принят инклюзивно-прозрачно, с участием всех политических сил, стал результатом политического консенсуса. Вместо требуемых 63 он был принят более чем 100 голосами».
Заметив, что для принятия Избирательного кодекса в предыдущем парламенте требовалось не 63, а 79 голосов (поскольку состоял он из 131 депутата), отметим, что Арпине Ованнисян ошиблась и по другой, значительно более важной части.
Прозрачно?
Во-первых, только после нескольких месяцев проработки за закрытыми дверьми, 2 марта 2016 года на официальном сайте Правительства был опубликован проект Избирательного кодекса, в котором не были учтены основные требования оппозиции – опубликование списков проголосовавших, чернильные отметки на пальцах и прочее.
Причем в первую очередь проект оказался не в армянских официальных источниках, а на сайте Венецианской комиссии – на английском языке.
Консенсус?
Во-вторых, Избирательный кодекс действительно был принят 103 голосами «за», 4 – «против» и 4 воздержавшимися, однако этому предшествовали переговоры в формате «4+4+4». В переговорах участвовали по 4 представителя от власти, оппозиции и от гражданского общества. В результате переговоров документ подписали только власть и оппозиция. Гражданское общество не участвовало в подписании и выступило с заявлением.
Более того, консенсус касался только и только опубликования подписанных списков и внедрения электронных систем. Многие из подписавших документ сообщили, что продолжают настаивать на своих возражениях по части ряда других положений (в частности, рейтинговой избирательной системы). Иначе говоря, вопреки утверждениям Арпине Ованнисян, консенсуса вокруг Избирательного кодекса не было.
